| После трёх лет региональной войны Израиль подходит к выборам, которые должны определить, какой страной он станет дальше. Главный фронт теперь — внутренний.<p class="ql-align-justify">Три года региональной войны изменили Израиль сильнее, чем любая предвыборная кампания последних десятилетий. Теперь страна подходит к голосованию, которое многие там называют поворотным: речь идёт не о тактике и бюджете, а о том, какой Израиль выйдет из этой фазы истории — и захочет ли он смотреть на самого себя честно.</p><h2>Война, которая стала политикой</h2><p class="ql-align-justify">После октября 2023 года общественный договор в Израиле трещал по всем швам: вопросы о провалах безопасности, судьбе заложников, затягивании операций в Газе и действиях на других направлениях так и не получили исчерпывающих ответов. Правительство Биньямина Нетаньяху долго откладывало независимое расследование, объясняя это условиями военного времени. Для одной части общества это выглядело как ответственность перед страной, для другой — как уход от ответственности.</p><p class="ql-align-justify">За годы боевых действий изменилась и сама политическая карта. Религиозно-правый блок укрепил влияние на силовые ведомства и переселенческую политику. Центристы и часть армейского резерва, наоборот, превратились в движение, которое требует смены власти и возвращения к норме, где суд, армия и правительство разведены по разным углам. Выборы становятся способом подвести черту под эпохой, которая началась не 7 октября 2023 года, а гораздо раньше — с попытки судебной реформы и уличных протестов 2023 года.</p><h2>Общество, разделённое не на два лагеря, а на несколько</h2><p class="ql-align-justify">Привычная рамка «правые против левых» в сегодняшнем Израиле работает плохо. Линии разлома проходят глубже: между светскими и ультраортодоксами, которых всё активнее требуют призывать в армию наравне со всеми; между теми, кто вернулся с фронта, и теми, кто туда не ходил; между жителями приграничных городов, пережившими эвакуацию, и центральным Тель-Авивом; между сторонниками «сильной руки» и теми, кто считает, что именно концентрация власти стоила стране безопасности.</p><p class="ql-align-justify">Отдельная линия — арабские граждане Израиля, около пятой части населения. Их политическое участие в последние годы снижалось, и от того, придут ли они на участки, во многом зависит, сможет ли оппозиция собрать коалицию без ультраправых. Ещё одна тихая, но важная группа — семьи заложников и погибших. Их голос уже невозможно свести ни к одному лагерю: он звучит как требование государства, которое помнит о своих людях не только в день похорон.</p><h2>Региональный фон: усталость сильнее эйфории</h2><p class="ql-align-justify">Военные успехи против «Хезболлы», удары по иранской инфраструктуре, перемирия и соглашения — всё это подаётся властью как доказательство силы. Но параллельно растёт счёт: десятки тысяч погибших в Газе, разрушенный Ливан на севере, международная изоляция, усталость резервистов, экономический спад, эмиграция образованного среднего класса. Эйфория «мы победили» всё чаще сталкивается с вопросом «какой ценой и что дальше».</p><p class="ql-align-justify">Внешние партнёры тоже перестали быть безусловной опорой. Отношения с Вашингтоном стали более прагматичными и менее сентиментальными, Европа заметно охладела, часть арабских столиц балансирует между интересом к нормализации и давлением собственных улиц. Любое новое правительство окажется перед необходимостью перезапускать дипломатию с нуля — и объяснять согражданам, что сила без союзников хрупка.</p><h2>Что реально решается на этих выборах</h2><p class="ql-align-justify">Формально речь идёт о составе Кнессета и премьер-министре. По сути — о трёх вещах. Первое: сохранится ли нынешняя модель, где правительство опирается на религиозно-националистические партии и держит под давлением суд и прессу. Второе: будет ли проведено полноценное расследование провалов и войны — и кто понесёт за это политическую ответственность. Третье: появится ли у страны долгосрочная стратегия по Газе, Западному берегу и палестинскому вопросу, или всё снова сведётся к «управлению конфликтом» до следующего взрыва.</p><p class="ql-align-justify">Для стороннего наблюдателя важнее всего, пожалуй, другое: сможет ли израильское общество, не отказываясь от собственной безопасности, вернуть в публичную речь ценность чужой жизни — палестинской, ливанской, своей собственной. Без этого любые выборы останутся лишь сменой декораций над одной и той же сценой.</p><p class="ql-align-justify">© lesnoy, LifeArmy.org</p><p>© lesnoy, LifeArmy.org</p><p>Оригинал: <a href="https://lifearmy.org/articles/izrail-pered-reshayushchimi-vyborami-raskolotoe-obshchestvo">https://lifearmy.org/articles/izrail-pered-reshayushchimi-vyborami-raskolotoe-obshchestvo</a></p>
|
